Высший класс

Как режиссер, учитель и тридцать французских подростков получили одну «Золотую пальмовую ветвь» Каннского фестиваля на всех

На сцену, чтобы принять главный фестивальный приз Европы, вышла целая толпа. Несколько десятков пятнадцатилетних подростков — чернокожие девочки неуклюже балансировали на каблуках, мальчики одергивали на себе непривычные смокинги — и двое взрослых мужчин. Первый — учитель и писатель Франсуа Бегодо, соавтор сценария и главный актер фильма «Класс». Второй — режиссер Лоран Канте, принесший Франции первую «Золотую пальмовую ветвь» за 20 лет. Вручая трофей, президент каннского жюри Шон Пенн не преминул сообщить, что эта награда присуждена единогласно. Единогласен был и зал, встречавший невиданное шоу овацией. Это было лишь началом. Сегодня «Класс», выдвинутый на все возможные кинопремии (включая «Оскар»), стал суперхитом во французском прокате. Невиданное дело: разговорное фестивальное кино без звезд и спецэффектов собирало аншлаги — так, что прокатчикам срочно пришлось увеличивать число копий с 350 до 500!

Кто мог предвидеть такое? Уж точно не авторы. Началось все с того, что несколько лет назад Бегодо, преподаватель французского языка и литературы, написал книгу «Между стен» — полудокументальный отчет об одном учебном годе, в течение которого он пытался научить уму-разуму подростков из парижских предместий: в основном детей и внуков иммигрантов из Азии и Африки. Почти «Педагогическая поэма»… или «Республика ШКИД» на французский манер. Этот опус бестселлером не стал, но привлек внимание многих, в числе которых оказался Лоран Канте — хороший режиссер, обладатель нескольких призов, но, в общем, далеко не всенародный любимец. По мотивам книги написали сценарий, а актеров не нашли. Тогда Канте пришел прямиком к Бегодо и сделал тому предложение: сыграть самого себя. Вместе они отправились в школу — точно такую же, как в книге, — и набрали целый класс примерно таких же детей. Раздали им роли, поменяли некоторые имена в сценарии и принялись за работу: учеба шла — продвигались и съемки. К весне кино было готово. Еще год монтировали. Потом отборщики долго думали, брать ли его в каннскую программу: об участии Канте в конкурсе было объявлено всего за несколько дней до начала смотра. И показали его в последний день, когда каждый про себя уже решил, кому какой приз достанется.

«Класс» лишен атрибутов фестивального триумфатора: ни скандала, ни шока и режиссер известен далеко не всем. Как ни парадоксально, за это, в частности, и дали «Ветвь». Во-первых, «Класс» оказался понятен всем: проблема общего языка и поиски контакта с новыми дикарями (будь то молодежь или представители «нецивилизованных народов») сегодня общие для Европы, Америки и России. Политкорректность тут, кстати, ни при чем: даже на экране благополучно разрешаются далеко не все ситуации и чернокожий мальчик-бунтарь попросту изгоняется из школы. Но в большей части случаев культура становится единст­венным посредником между учителем и учениками, а заодно между режиссером и публикой: подростки оказались достаточно умны, чтобы освоить «Дневник Анны Франк», а зрители — достаточно цивилизованы, чтобы пойти именно на эту картину. Во-вторых, Канте создал уникальное кино, в котором окончательно стерта грань между документальным и художественным. В-треть­их, он отменил самую расхожую модель автор­ского кино, в котором режиссер — бог и царь, полновластный демиург; «Класс» — первый в истории фильм, сделанный по демократическому принципу. Недаром на сцену за наградой вышло столько народу.

Лоран Канте уже оправился от шока неожиданной победы. В интервью «Пятнице» он попытался объяснить зрительский и фестивальный успех «Класса»: «Это очень захватывающий фильм. Сначала зрители много смеются, затем эмоции становятся глубже и сложнее… Потом возникают вопросы, выходящие за рамки системы школьного образования. Как стать членом общества или хотя бы сообщества? Что такое “принадлежать к культуре”? Как интегрировать ребенка в чужую для него культуру? Эти вопросы универсальны. А еще в нашем фильме есть удивительная, странная для нас самих энергия, которая позволяет говорить обо всем этом и не казаться скучными».

Кстати, в России этот фильм выходит на четырех, кажется, копиях. Как обычно, мы в этом всемирном классе на правах даже не двоечников, а второгодников.

С 4 декабря, «Формула кино Европа», «Пять звезд на Новокузнецкой», «Октябрь»

5 школьных учителей на киноэкране

Татьяна Левченко/«Весна на Заречной улице»

Режиссеры Марлен Хуциев, Феликс Миронер (1956). Первая оттепельная учительница советского кино, влюбленная в ученика-сталевара, — предшественница целой плеяды педагогов-гуманистов. Роль Татьяны Сергеевны осталась единственной заметной работой актрисы Нины Ивановой.

Безымянный учитель/«Стена»

Режиссер Алан Паркер (1982). Шотландский актер Алекс Макэвой всю жизнь играл эпизоды. Однако образ учителя, загоняющего детей в мясорубку, вошел в историю кино. У учителя есть и мультипликационный двойник — еще более страшный.

Физкультурник/«Факультет»

Режиссер Роберт Родригес (1998). Строгий тренер, в которого вселяются иноземные твари, превращается в бесстрашного и безжалостного лидера армии «чужих». Лучшая роль Роберта Патрика после «Терминатора 2» — в постмодернистском ужастике Родригеса и сценариста Кевина Уильямсона о школе, захваченной кровожадными инопланетянами.

Учитель Китано/«Королевская битва»

Режиссер Киндзи Фукасаку (2000). Апокалиптический триллер о толпе распущенных японских подростков, попавших на необитаемый остров, где они вынуждены убивать друг друга. Управляет процессом мстительный учитель-садист, которого с нескрываемым наслаждением играет Такеши Китано.

Поппи/«Беззаботная»

Режиссер Майк Ли (2008). Учительница начальных классов счастлива вместе с детьми клеить птичьи костюмы, а потом прыгать по классу и громко кричать. Потрясающая актерская работа Салли Хоукинс принесла ей «Серебряного медведя» на Берлинском фестивале. Фильм все еще идет в российском прокате.

добавить отзыв 1

блоггерам  только текст